Экология – то, что всегда с нами

Генеральный директор «Сибирского центра экологии и аудита», общественный помощник Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Алтайском крае Кристина Карамышина рассказала о том, как соблюдать природоохранное законодательство и получать преференции от государства, почему не всем петициям в защиту экологии можно доверять и с чего начать выстраивать экологический менеджмент на своем предприятии.

ОТ СЛОВ – К ДЕЛУ!

–  Сегодня очень много говорится об экологической ответственности бизнеса. Насколько сам бизнес поддерживает этот тренд, какие эффективные природоохранные инициативы Вы встречали в своей практике?

–  Работаю с разными субъектами РФ, и нужно сказать, что регионы сильно различаются между собой. Алтайский край – это сель-хозпредприятия, сельхозтоваропроизводители, туристические комплексы, которые, как правило, находятся в водоохранной зоне на реках и озерах. Кемеровская область представлена в основном добывающей промышленностью, и так далее.

В Алтайском крае мы видим, что производственники не только выполняют требования, связанные с оформлением документации, но и строят очистительные сооружения, ставят фильтры по очистке воздуха, жироуловители.

В сельхозместности я вижу, что требования природоохранного законодательства могут нарушаться на самом простом, бытовом уровне. И наоборот, если собственник бизнеса сам по себе крепкий хозяйственник, то и при отсутствии разрешительной документации на самом предприятии я видела чистоту и порядок – раздельный сбор отходов, наличие контейнеров для хранения ртутных и люми-несцентных ламп. Это вызывает и удивление, и уважение одновременно.

Говоря о трендах и моде – я не очень люблю применять эти понятия к экологии. Мода меняется. А экология – это то, что всегда с нами. Последние 20 лет мы видим, что потребление растет со страшной силой. Мировая экономика призывает к потреблению, значит, наш экологический след будет только расти.

– А можно сказать, что чем крупнее бизнес, тем он более экологически ответственный?

– Да, определенно. Во-первых, любые холдинги или группы компаний имеют в своем штате эколога, это очень хорошо. Во-вторых, они, как правило, сотрудничают с проектными юридическими либо экологическими организациями, как наша, где целый штат разнопрофильных специалистов работает над решением задач конкретного бизнеса. Требования закона выполняются в 90 % случаев.

– Выполнение этих требований – это в большей степени желание уйти от штрафа или все-таки забота об окружающей среде?

– Это две стороны одной медали. На самом деле проектная документация учитывает особенности конкретного предприятия, его технологический процесс – какие отходы и выбросы образуются. Исходя из этого предпринимаются фактические меры на площадке, в котельной, на водозаборе – что необходимо делать в зависимости от имеющихся экологических аспектов. Согласитесь, глупо выполнять требования нефтяников, если у вас скважина для питьевого или технического водоснабжения. Предприятиям гораздо проще соблюдать нормы, которые прописаны и согласованы в доку-ментах. Бывают, конечно, истории, когда получат документ, сдадут его в бухгалтерию или инженерную службу и благополучно забудут. Такое халатное отношение порождает бардак в прямом смысле слова. Возникает вопрос к ответственным – о чем вы думали, когда расписывались в приказах и инструкциях? Представьте ситуацию, что по какой-то причине бухгалтер в день зарплаты не перечислит деньги или юрист в назначенное время не явится в суд. Такие вещи не прощаются. Аналогично должно быть и в соблюдении природоохранного законодательства. Нужно иметь график платежей, отчетности. Другой вопрос, если генеральный директор не выделяет финансирование, к примеру, на утилизацию мусора. Но это уже другая история.

– Каких сфер экологические риски касаются больше всего?

– Вопрос очень сложный. В отличие от законодательства, где действует презумпция невиновности и человек считается невиновным, пока суд не вынесет соответствующее решение, в природоохранном законодательстве, наоборот, работает принцип экологической виновности. Он выражается в том, что, если я открываю предприятие – любое производство, туристический комплекс, торгово-офисное помещение для сдачи в аренду, частный детский сад, при котором есть котельная, ЖКХ, – то потенциально наношу вред окружающей среде.

Практически любая деятельность
сама по себе образует отходы

В классификаторе мы видим, что офисная деятельность образует такие отходы, как лампы, расходные материалы для принтеров, компьютерные мыши, клавиатуры. Поэтому если бизнесмен считает, что его дело очень маленькое и безвредное, то это очень спорный вопрос. Другая сторона – как юридически оформлена документация. Возможно, у вас очень грамотно прописано в документе, что ответственность за утилизацию отходов несет арендодатель. Соответственно, вы к вопросу обращения с отходами отношения не имеете. Также может быть заключен договор на обслуживание офисной техники, и тогда всеми отходами занимается подрядчик.

Очевидно, что экологический аудит начинается с юридической стороны. Мы изучаем формы аренды, переуступки прав и так далее, чтобы понять, за какие экологические аспекты отвечает клиент. Например, если техника в лизинге либо на гарантии, узлы, агрегаты и детали собирает другая компания, то компания клиента не несет ответственности за эту часть.

Затем мы смотрим разрешительные документы. Допустим, вы купили или построили цех, вам нужна вода, к централизованному водоснабжению подключиться возможности нет. Значит, будете бурить скважину, это очевидно – на привозной воде далеко не уедешь. Скважина не является источником негативного воздействия, но необходимо учесть, что недра – это государственная собственность, поэтому необходимо получать лицензию.

Ни в коем случае нельзя сказать, что соблюдение природоохранного законодательства – это только ограничения. Есть много послаб- лений. Сейчас мы работаем в Алтайском крае с сельхозтоваропроизводителями, и думаю, через 4–5 лет вы услышите, как эти проекты гремят. Речь идет о воде, которую предприятия добывают для целей орошения.

Вода, добываемая для орошения,
не облагается налогом
Государство говорит: пожалуйста, берите воду, орошайте поля, выращивайте продукцию, обеспечивайте стране продовольственную безопасность и платите за это ноль рублей и ноль копеек. Только для этого необходимо оформить лицензию на 25 лет вперед и выполнить все требования, подавать вовремя отчеты.

Много послаблений было сделано в сфере недропользования. Если водоснабжение меньше 100 «кубов», то лицензию можно получить в упрощенном варианте. Не нужно делать оценку запасов и специальных проектов, как это было раньше. Да, нужно водозабор держать в порядке, необходимо вести производственный контроль. Но это разумные, адекватные требования. Да и самому бизнесу разве не интересно, какую воду он потребляет?

ЛИКВИДАЦИЯ  БЕЗГРАМОТНОСТИ

– Хочется спросить: насколько бизнесмены экологически грамотны?

– Бывают разные ситуации. Часто директор доверяет вопрос бухгалтеру или юристу, который не знает специфики природоохранного законодательства. Видела такие стороны безграмотности. Предприятия оформляли лицензию на пользование недрами с объемом 108 «кубов», не зная, что существенные льготы идут до 100 «кубов». Оказалось, просто не изучили требования. Цена ошибки – порядка 800 тыс. руб. для последующих работ. А генеральный директор это согласовал и подписал.

Кристина Карамышина.jpg 



Кристина Карамышина,
генеральный директор «Сибирского центра экологии и аудита»,
общественный помощник Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Алтайском крае


Лучше несколько раз проконсультироваться, чтобы не допустить подобных ошибок. Нюансов много. Чем больше мы будем общаться в различных форматах, тем бизнесу будет жить легче.

Являясь общественным помощником Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Алтайском крае, получаю много писем с таким текстом: «Помогите, нас давят, приду-шили, на колени поставили!». Когда я начинаю просматривать эти жалобы, то не всегда согласна с предпринимателями. Оказывается, очень многие вещи либо игнорировались, либо не выполнялись, либо откладывались. И бывает, что на этом этапе уже ничем помочь невозможно.

Мы все привыкли следить за своей кредитной историей. Если возьмем форму контрольно-надзорной деятельности, то увидим, что за своей надзорной деятельностью тоже нужно следить. Необходимо контролировать отчетность и разрешительную документацию.

Быть белым пушистым заинькой вполне реально. А многим ошибочно кажется, что их несправедливо дергают со всех сторон. Много проблем из-за безграмотности, упертости. На мой взгляд, гораздо эффективнее знать и принимать правила игры. Лучше быть рыбкой в океане, которая может перенести любой шторм, чем однажды столкнуться с непреодолимыми последствиями собственной безграмотности.

– Есть ли перекосы в законодательстве?

– Перекосы есть. Не бывает такого, что только контрольно-надзорные органы правы или, наоборот, предприниматели. Тем не менее к балансу можно прийти.

Возьмем штрафы. Если субъект малого или среднего бизнеса совершил правонарушение впервые, то в соответствии со статьей  4.1.1 КоАП вы можете требовать заменить штраф на предупреждение. Если пришел такой документ, прочитайте, что там написано, если не понимаете, обратитесь за консультацией. Для крупного бизнеса послаблений нет. Ну и крупный бизнес вы неспроста. Такие уровни придуманы не зря – для разграничения малого, среднего и крупного бизнеса.

Когда вы подаете документы на экологический учет, то в зависимости от категории разрабатывается экологическая документация. Если предприятие относится к 4 категории, то платежа за негативное воздействие вовсе нет.

Важно знать свой уровень надзора – федеральный или региональный. Если вас будут проверять один раз в несколько лет планово и вы будете об этом знать, то управлять ситуацией легче. Бывает, что совершенно по глупости руководители уходят на федеральный уровень проверок. К счастью, есть такие критерии, которые позволяют поменять уровень надзора.

Отмечу, что в июле 2021 года вступил в силу федеральный закон, который предусматривает порядка 8 видов внеплановых проверок. Поэтому мы должны понимать, что от внеплановых проверок никто не освобожден. Нужно быть готовыми. И если хотят проверить – пусть проверяют. Как правило, внеплановые проверки как раз и проводятся на документарном уровне. Главное на запросы структур давать правильные ответы. Важно уметь общаться на одном языке.

ИНОСТРАННЫЕ АГЕНТЫ И «НАЛОГ НА ВОЗДУХ»

–  Тема депонирования углерода. Насколько она актуальна для российского бизнеса?

–  Тема активно обсуждается. Меня как эколога этот вопрос волнует, но в нем много нестыковок, которые уходят больше в политическую плоскость. Понятие углеродного следа придумано маркетологами известной европейской компании. Очень многое, если рассматривать глобальную экологию, сделано с точки зрения маркетинга, чтобы мы, как не самые грамотные обыватели, повернули свое внимание в одну сторону, при этом не замечая остального. Сама компания, применившая такой маркетинговый ход, никогда не снижала свой углеродный след. Это первое, что настораживает. Политики в экологических аспектах очень много.

Далее. Россия является производителем углеводородного сырья. Евросоюз разработал методику, согласно которой наша страна должна платить налог в несколько миллиардов евро в год. Российские специалисты пересчитали методику, цифры получились совсем другие. Но наша методика Евросоюзом не признается. Согласно европейской методике, мы компенсируем только 25 % угле-родного следа, согласно нашей – 80  %. На мой взгляд, истина где-то на уровне 70 %. Я считаю, что государство должно отстаивать свои позиции.

Получается, что экология становится доходом. Наши предприятия не готовы к плате налога за углеродный след. Для нас, особенно в Сибири, эта тема далека. Хотя налог планируется ввести уже в 2023 году.

– Это как с международной сертификацией продукции. Не соответствуешь требованиям – рынки для тебя закрыты.

– Совершенно верно. Посмотрите внимательно на различного рода петиции с призывом якобы простых людей помочь природе. Зачастую эти петиции формируются маркетологами специально. У всякой шумихи есть тихий дирижер. Вы голосуете своей фамилией, а на самом деле не понимаете, где корень зла. Действительно ли это проблема, которую нужно решать?

К сожалению, в России сформирована негативная позиция: все лесники – воры, все охотники – браконьеры, все экологи – мусороведы. Так как у общества эти вещи в подсознании, заменить негативную картинку на позитивную будет очень сложно. Есть, конечно, отдельные экземпляры, которые наносят имиджевый ущерб какой-то отрасли или сообществу. Но зачем огульно клеймить всех представителей отрасли? Кому-то выгодно таким образом продвигать свои интересы.

Раньше я благоговейно относилась к международным фондам, которые давали деньги на программы по поддержке экологических проектов. Несколько лет назад государство запретило такое финансирование и признало многие организации иностранными агентами. И действительно, зачем какому-то фонду из Испании, Португалии или Мексики финансировать экологическое образование, к примеру, в Курьинском районе Алтайского края? Особенно детские проекты.

Допуская такое вмешательство, в том числе с налогом на углеродный след, мы дойдем до ситуации, что будем платить налог за кислород.

Именно поэтому я не вступаю ни в один экологический кружок или экологическую партию. Я бы не хотела, чтобы моей фамилией кто-то прикрывал непонятные для меня программы.

В теме депонирования углерода много нестыковок,
которые уходят в политическую плоскость
– И последний вопрос. Если компания решила навести порядок в своей деятельности, связанной с соблюдением природоохранного законодательства, с чего начать?

– Не все предприятия понимают, что они занимаются каким-то экологическим направлением. Прежде чем что-то купить или открыть, необходимо проконсультироваться со специалистами Минприроды, Росприроднадзора, аппарата Уполномоченного, нашего центра – на выбор. Главное – получить компетентные ответы на вопросы, профессиональный взгляд на ситуацию.

Сейчас активно развивается тема экологии инвестиций. Инвесторы обращаются за советом, на основе которого принимают взвешенные решения: стоит ли вкладываться в конкретный бизнес, какие могут быть риски? Не страшно, если в этой сфере вы ничего не понимаете. Это как со здоровьем. В случае необходимости мы идем за помощью к профессиональному специалисту, а не ищем способ лечения в Интернете.

Беседовала Ольга Лисица

Читайте также в рубрике
20.06.2022
Лес и закон
24.05.2022
Лес и закон
18.05.2022
Лес и закон
13.05.2022
Лес и закон
29.04.2022
Лес и закон
19.04.2022
Лес и закон
02.03.2022
Лес и закон
12.01.2022
Лес и закон
18.11.2021
Лес и закон
24.09.2021
Лес и закон